Архив рубрики ‘Новости’

Art deco

Вторник, 27 апреля 2010

Ар-деко , варианты:
ар деко, арт деко, арт-деко
( букв. «декоративное искусство», из
Exposition Internationale des Art s D™co ratifs et Industriels Modernes ЂЂЂ «Международная выставка современных декоративных и промышленных искусств») ЂЂЂ течение в декоративном искусстве первой половины XX века, проявившееся в архитектуре, моде и живописи. Представляло собой синтез
и . Отличительные черты ЂЂЂ строгая закономерность, этнические геометрические узоры, роскошь, шик, дорогие, современные материалы (слоновая кость, крокодиловая кожа, алюминий, редкие породы дерева, серебро). В
и ар-деко превращается в «новый ».
[ , прошедшая в
году в и официально называвшаяся «Exposition Internationale des Arts D™coratifs et Industriels Modernes» , дала жизнь термину «ар-деко» . На этой выставке миру были показаны предметы роскоши французского производства, доказавшие, что Париж остался интернациональным центром стиля и после
. Золотой медалью был награждён художник
за своё оформление спектакля в театре «Березоль».
Само направление ар-деко существовало и до открытия выставки в ЂЂЂ это было заметное течение в европейском искусстве 1920-х гг. Американских берегов оно достигло только к
году, где в 1930-х оно преобразовалось в
ЂЂЂ американизированное ответвление ар-деко, ставшее визитной карточкой этого десятилетия.
Париж оставался центром стиля ар-деко. В мебели его воплощал Жак-Эмиль Рульманн ЂЂЂ самый известный из дизайнеров мебели той эпохи и, возможно, последний из классических парижских
™b™niste (краснодеревщиков). Кроме того, характерны работы Жана-Жака Рато, продукция компании «S¬e et Mare», ширмы Айлин Грей (
), изделия из кованного металла Эдгара Брандта, металла и эмали швейцарца еврейского происхождения Жана Дюнана, стекло великого
и Мориса Марино, а также часы и ювелирные изделия
.
Символом Art Deco в декоративно-прикладном искусстве стала . Вдохновляясь «Русскими сезонами» Дягилева, искусством Египта и Востока, а также технологическими достижениями «века машин», французские и немецкие мастера создали уникальный стиль в малой пластике 1920-х ЂЂЂ 1930-х гг., который поднял статус декоративной скульптуры до уровня «высокого искусства». Классическими представителями Art Deco в скульптуре считаются
,
,
(Франция),
,
(Германия),
,
(Австрия). Крупнейшая коллекция скульптуры из бронзы и слоновой кости в России принадлежит Русскому Дому Art Deco
и насчитывает более 700 уникальных произведений.
Хотя термин ар-деко возник в г., он не был часто употребляемым до смены отношения к этой эпохе в 1960-х. Мастера стиля ар-деко не входили в некое единое сообщество. Движение считалось эклектичным, находившимся под влиянием нескольких источников, например:
« » раннего периода ( Африки, Египта и индейцев Центральной Америки
древнегреческое искусство (период « » в Париже ЂЂЂ эскизы костюмов и декораций работы Льва граненые, кристаллические, фацеточные формы
и колористическая палитра строгие формы : Буле ( ) и растительные и животные мотивы и формы; тропическая растительность; ; кристаллы; колористическая черно-белая гамма клавиш рояля (т. н.”
гибкие и атлетичные формы женщин-спортсменок, которых стало очень много; острые углы коротких стрижек у представительниц клубной жизни ЂЂЂ
(« технологические достижения «Века машин» ЂЂЂ такие как и Мастера ар-деко любили использовать такие материалы, как алюминий, нержавеющая сталь, эмаль, инкрустации по дереву, кожа акулы и зебры. Мы видим смелое применение зигзагообразных и ступенчатых форм, широких и энергичных кривых линий (в отличие от мягких текучих кривых
), мотивов
и клавиш фортепьяно. Некоторые из этих декоративных мотивов стали повсеместными, например, узор клавиш, который встречался в дизайне дамской обуви, батарей отопления, лекционных залов Радио Мьюзик Холла (
) и шпиля небоскреба . В этом стиле охотно оформлялись интерьеры кинотеатров и океанских лайнеров, таких как «Иль де Франс» (
) и «Нормандия» ( ). Арт Деко был стилем роскошным, и считается, что это роскошество ЂЂЂ психологическая реакция на аскетизм и ограничения в годы
.
Стилевым направлением, которое развивалось параллельно с Арт Деко и близко к нему примыкало, был
(название от англ. «
» ЂЂЂ «линия обтекания» , термина из области аэродинамики, характеризующего такие внешние формы машин и механизмов, которые обеспечивают им наилучшую функциональность и скорость при движении или полете). В
«Стримлайн Модерн» мы находим все большее влияние промышленных штамповочных, а также аэродинамических технологий, которые брали начало от развития науки и предметов массового производства, приводя к тому, что в произведениях этого стиля появились очертания самолетов или револьверных пуль ЂЂЂ тех предметов, для которых так важны линии обтекания. Когда дизайн первого автомобиля фирмы
, пущенного в массовую продажу «Chrysler Air-Flo» в
г. оказался популярным, формы, использующие «линии обтекания» стали использоваться даже для таких предметов, как точилки карандашей или холодильники. В архитектуре признаками этого стиля являются скругленные углы, применявшиеся преимущественно для зданий на автомобильных развязках.
Некоторые исследователи считают ар-деко вариантом или ранней формой .
Ар-деко незаметно исчез после подъема массового производства, когда к нему стали относится как к кричащему, безвкусному и поддельно-роскошному. Окончательный конец этому стилю положили лишения
. В колониальных странах, таких как
, ар-деко стал воротами к модернизму и не исчезал до 1960-х гг. Возрождение интереса к Арт Деко в 1980-х гг. было связано с графическим дизайном, а ассоциации Арт Деко с лентами в стиле
(film noir) и очарованием 30-х гг. привели к тому, что его стали вновь использовать в ювелирном искусстве и моде.
[ (1901ЂЂЂ1968) (1877ЂЂЂ1942) ( (Ромэн де Тиртофф) (Ert™ / (1884ЂЂЂ1962) (1882ЂЂЂ1949) ( ( (1860ЂЂЂ1945) (1882-1932) ( ( (1898ЂЂЂ1980) ( ( ( ( [ ( ( ( ( ( ( ( [

НЕБОСКРЕБЫ ЧИКАГО - Elena’s Club

Пятница, 23 апреля 2010

«Настоящая архитектура только там, где в центре внимания –
человек со всеми его трагедиями и комедиями.» (Алвар Аалто)
Самый узнаваемый «вклад» США в мировую архитектуру - небоскрёбы.
Родиной современных небоскрёбов считается Чикаго (хотя многоэтажные здания строились на Ближнем Востоке, в Йемене, ещё несколько веков назад). Обычно небоскрёбами называют здания выше 500 футов (152 м). Кстати, первый в мире небоскрёб был построен в Чикаго в 1885 году (The Home Insurance Building). Здание просуществовало до 1931 года. Первоначально оно имело «всего» 10 этажей, а в 1891 году были надстроены ещё два… Чикаго - это прежде всего небоскрёбы!
Длинная их цепочка, известная под общим названием Loop, вытянулась вдоль необьятного озера Мичиган, создав один из самых красивых скайлайнов Америки, да и всего мира.
Чикаго - это галерея американского высотного строительства: от готики до модернизма. Готические небоскрёбы, правильная геометрия из стекла и стали… Чикаго - один из центров архитектуры Соединённых Штатов Америки. 5 из 10-ти самых высоких зданий в США и 10 из 50-ти самых высоких зданий в мире находятся в Чикаго, включая самое высокое здание США - Сирс Тауэр (англ. Sears Tower). Высочайшее здание в северной Америке. Высота небоскрёба составляет 443.2 метра, количество этажей -110. Использование - офисы, коммуникации. Начало строительства август 1970 года, окончание - 4 мая 1973 года. Архитекторы: Skidmore, Owings и Merrill.
Сооружение состоит из 9-ти квадратных труб, образующих в основании здания большой квадрат. Он стоит на бетонных с каменной насыпкой сваях, вбитых в лежащую под ним твёрдую породу. На 50 этажей поднимаются 9 сварных стальных труб. Затем здание начинает сужаться. Ещё семь труб идут до 66-го этажа, а пять поднимаются до 90-го этажа, и только две трубы образуют оставшиеся 20 этажей. Здание приобрело оригинальный силуэт: его стены выстроены уступами. На крыше небоскрёба установлены две телевизионные антенны.
Площадь здания - более 418000 м2, что равно 57 футбольным полям. В небоскрёбе 104 скоростных лифта, которые делят здание на 3 зоны и помогают людям ориентироваться в нём. Огнеупорный остов покрыт облицовкой из чёрного алюминия с более чем 16000 окон тёмного стекла. Шесть автоматических машин для мойки окон чистят всё здание 8 раз в году. Высотные здания порождают специальные профессии, которые раньше не знали города, например, мойщик окон. Мойщик получает относительно приличную зарплату. Однако работа этих людей сопряжена со смертельной опасностью. Обледенение, сильный ветер, ошибка в страховке в любую минуту могут погубить жизнь. Профессия эта в какой-то степени традиционная, люди вынуждены были заниматься ею ещё в 30-х годах, во время депрессии.
Начиная с 70-х годов ХХ века соревнование за право называться самым высоким зданием в мире приобрело характер настоящей гонки. Разнообразие форм архитектурных конструкций, используемых при строительстве небоскрёбов, только усложнило сравнение высоты зданий. Развитие технологий строительства из стали, железобетона и водных насосов, а также изобретение лифтов позволили в десятки раз увеличить высоту зданий, что особенно востребовано в мегаполисах, где велика стоимость площади застройки. При возведении небоскрёбов существует серьёзная трудность - отсутствие строительной площадки. Небоскрёб сооружается на относительно крошечном участке, окруженном другими домами, а если даже там есть дворы, то арендовать их стоит огромные деньги. Поэтому подача материалов должна быть рассчитана буквально по секундам…
Огромный, строгий, аскетичный небоскрёб Сирс-Тауэр в Чикаго далеко не все знатоки архитектуры считают эстетически совершенным. Он представляет собой образец простоты и прямолинейности так называемого «интернационального» стиля, в течение многих лет бывшего нормой для высотных офисных зданий многих стран мира. Однако чикагский гигант нельзя назвать заурядным произведением этого стиля. Только сейчас, через 35 лет после своего появления на карте Чикаго, он признан шедевром модернизма в архитектуре. Блестящий, покрытый анодированным алюминием и стеклом «под бронзу», он поражает чистотой и изяществом линий. На возведение небоскрёба было затрачено 175 млн долларов - сумма достаточно скромная для такого гигантского сооружения. И по отделке, и по особенностям конструкции Сирс-Тауэр стал настоящим «революционером» в архитектуре высотных зданий.
Небоскрёбы-близнецы Петронас в Куала Лампур высотой в 452 метра, включая декоративные шпили, были объявлены самыми высокими зданиями в мире после завершения их строительства в 1998 году. Не все с этим согласились. Появились две категории определения самых здания. Близнецы Петронас считались самыми высокими в одной из категорий. После окончания строительства здания Тайбэй 101 в Тайбэе, здания Петронас уступили первенство в высоте вместе со шпилем, а Сирс Тауэр потерял первенство в высоте крыши. Но высота антенны Сирс Тауэр в настоящий момент превосходит высоту шпиля Тайбэй 101.
Сирс-Тауэр является самым высоким зданием в США и держит мировой рекорд в высоте от уровня земли и до верхушки антенны. Сирс-Тауэр - идеальное место для бизнеса. Величественный, стройный и елегантный Сирс видно издалека центра Чикаго. Он очень выделяется на фоне серых небольших небоскрёбов. Так и манит к себе какой-то невидимой силой, притягивает как магнит… По моему, самый красивый небоскрёб в Чикаго! Сирс-Тауэр можно увидеть на многочисленных открытках и брошюрах Чикаго.
Башня Сирс-Тауэр остаётся самым большим офисным зданием в мире, по площади он уступает только Пентангону. О его размерах красноречивее всего расскажет статистика: в здании проложено 40 км сантехнических труб, 2400 км проводов, а количество лифтов - 104. Более подробную информацию об этом небоскрёбе можно посмотреть на
.
В заключение прилагаю несколько фотографий сделанных из окна небоскрёба Сирс-Тауэр, который мы посетили ещё в прошлом году. Вот такие потрясающие виды на Чикаго с высоты птичьего полёта… Согласитесь, завораживающая панорама!
(По материалам энциклопедии )

ЭКЛЕКТИКА, КАК СТИЛЬ АМЕРИКАНСКОГО ДОМА. Дизайн. Как изменить…

Среда, 21 апреля 2010

ЭКЛЕКТИКА, КАК СТИЛЬ АМЕРИКАНСКОГО ДОМА
По сравнению с европейской, история Соединенных Штатов Америки невелика, а население страны формировалось
по принципу “с миру по нитке”. Национальности “американцы” не существует, есть граждане Соединенных штатов, приехавшие на
американский континент из самых разных стран и уголков мира. Здесь есть англичане и итальянцы, китайцы и африканцы, русские
и потомки американских индейцев, и каждый “привозил” с собой культуру и традиции своего народа.
Развитие архитектуры в Америке тоже существенно отличалось от европейской. Бурное развитие промышленного
и жилищного строительства началось в середине XIX века, после Гражданской войны. И американские архитекторы - воспитанники
европейских академий - создают своеобразный архитектурный
, сочетающий
европейские тенденции подражания классической архитектуре с традициями жилищ первых американских переселенцев, для которых
характерна функциональность в ущерб эстетике: несимметричная планировка дома, произвольное расположение оконных проемов на
фасаде и высоко вздымающаяся над
труба. Именно поэтому в Америке
вплоть до начала прошлого века господствовали в архитектуре стилизации и
.
Но в результате бурного развития страны и массового строительства жилья, в Соединенных штатах значительно
раньше, чем в Европе стали применяться принципы стандартизации, в результате чего жилые дома массовой застройки стали представлять
собой набор стандартных конструкций и деталей. Так возник облик “одноэтажной Америки”.
Также в отличие от Европы, в США рано стали применять в строительстве металлические конструкции в качестве
несущего элемента многоэтажных зданий, а архитекторы Чикагской школы вошли в историю в связи со строительством первых небоскребов.
С ростом мегаполисов, плотно застроенных и почти без зелени, начинается бегство зажиточных слоев населения в пригороды, где
строятся небольшие особняки.
Их свободная планировка, все еще сохраняющаяся асимметричность и связь с природным окружением напоминают
о домах первых поселенцев, осваивавших американский континент. Но в этих зданиях уже чувствуется стиль, их объемы органично
вписываются в окружающую природную среду, а нависающие кровли создают необычный облик и выразительную игру светотени на фасаде.
В этот же период, в начале XX века, в Америку приходит
,
который в Европе уже вытесняется
. Период модерна, с
его стремлением к утонченному декору, впервые выделил интерьер, как самостоятельную область архитектуры, возникла новая специальность:
архитектора по интерьеру.
Двухэтажные односемейные дома, известные как дома типа “прерий”, приобретают в Америке все большую популярность,
благодаря используемым в строительстве природным материалам (дерево и камень) и непосредственной связи здания с природой.
Конструктивно они напоминают немецкие или голландские фахверковые деревянные дома благодаря наружным деревянным
балкам и нависающему верхнему этажу. Основной особенностью этих домов является его открытость окружающей среде, когда из внутренних
помещений дома образуется свободный выход в сад. Этому способствуют широкие застекленные
холла, большие
и множество разнообразных галерей, террас и балконов,
окружающих весь дом.
Выведенные наружу концы балок этих балконов и террас, слегка напоминающие бунгало, с одной стороны повторяют
рисунок кровли, а с другой - продолжают элементы внутренней отделки, объединяя внутреннее пространство дома с окружающей природой.
Поскольку внешне такие дома принципиально не имели архитектурных украшений, в композицию фасада включалась
живая растительность, для которой предусматривались специальные устройства, например, цоколь, отделанный натуральным камнем
и напоминающий
, украшался кадками с растениями.
Очень часто в этих домах устраивалась двухэтажная общая комната, связанная с комнатами верхнего этажа посредством
балкона. А геометрический рисунок деревянных балок напоминает традиции тяжелых потолков английских коттеджей.
Интерьер дома обычно выполнялся в стилистике модерна: цветные стеклянные и витражи в полукруглых окнах над дверью, много натурального дерева в убранстве дома, растительный резной орнамент на облицовке
и деревянных элементах - все это непременные атрибуты модерна.
Но в американском варианте этому стилю не хватает гибкости линий, европейского изящества и утонченности.
Например, лестничные пролеты прямолинейны с деревянными перилами, в отличие от изогнутых лестниц европейского модерна с их
ажурными коваными решетками перил, отделанных деревом.
Мебель красного дерева в тоже, скорее, функциональна,
чем красива. Стол овальной формы на устойчивых прочных ножках и окружающие его стулья выполненные из красного дерева просты
по форме, а единственным их украшением можно считать сиденья обитые темно-коричневой натуральной кожей. В
мебель с панелями из благородного дерева имеет простые геометрические формы и практически не имеет отделки. Украшением комнаты
служит светильник, отделанный бронзой и покрывающий паркетный пол светлый шерстяной
.
Американский модерн в интерьере несколько аскетичен, но не лишен благородства.
Мягкая мебель тоже не изящна, но очень удобна и в американских интерьерах играет важную роль. Комфорт и функциональность
ее, как и всего интерьера дома в целом бесспорны.
Большие и “протяженные”, мягкие даже на глаз, диваны и кресла, в которые хочется даже не сесть, а упасть
- они занимают довольно большую часть жилого пространства.
Послевоенная американская архитектура жилья со второй половины прошлого века отличается большим разнообразием
и роскошью. Так виллы послевоенных лет предназначены не только для жизни, но и для демонстрации материальных возможностей
заказчика. Они строятся в неожиданных местах: посреди пустыни, куда специально подводится вода и создается оазис с бассейнами
и садами или внутри естественного холма. Отличаются они и изысканностью в выборе материалов, например, целиком сделаны из
стекла, только кухня и санузел помещаются в непрозрачном цилиндре. Часто в строительстве вилл используется контрастное сочетание
современных высокотехнологичных материалов с нагромождением дикого камня, а во внутренний интерьер жилых помещений включаются
“куски природы” в виде дерева или части скалы, как в последних работах известного американского архитектора Райта.
Стиль американского дома, возник вначале как результат смешения разнообразных национальных традиций и культур,
привнесенных на континент со всех концов света основными жителями страны - эмигрантами, со временем превратился в полноценный
и оригинальный стиль, в основе которого - эклектика.
Автор статьи Сомова М.
Стиль английских домов своеобразен, обаятелен и уютен, он имеет много поклонников, и не зря. Об этом в нашей следующей статье.
ПОЛЕЗНО ЗНАТЬ В Московский бутик Lalique на днях поступит новая коллекция предметов интерьера, которой пока обладает только
французский бутик этой марки. В коллекцию вошли предметы, которые продолжают все линии аксессуаров для дома от этой марки.
АНОНС! ИНФОРМАЦИЮ ОБ ЭКСПЕРТИЗЕ, СОГЛАСОВАНИИ ПРОЕКТОВ ПЕРЕПЛАНИРОВКИ И ПЕРЕОБОРУДОВАНИИ ПОМЕЩЕНИЙ, ЧИТАЙТЕ

Деятельность общин американцев русского происхождения на Тихоокеанском…

Суббота, 17 апреля 2010

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ…4
ВВЕДЕНИЕ…6
ГЛАВА 1. ИСТОРИОГРАФИЯ И ИСТОЧНИКИ…21
1.1. Анализ изученности проблемы…21
1.2. Литература…27
1.3. Электронные базы данных в сети Интернет = WEB SITES for Russian Emigration in the Pacific rim…43
1.4. Источники…46
1.4.1. Российская Федерация…47
1.4.2. Иностранные архивы и собрания…51
1.4.3. Полевые исследования…81
1.4.4. Периодические издания…87
1.4.5. Мемуары, дневники и заметки…92
1.4.6. Распределение источников и литературы по главам…94
ГЛАВА 2. ИММИГРАЦИЯ В АМЕРИКУ И ФОРМИРОВАНИЕ
РУССКОЙ ДИАСПОРЫ…105
2.1. Три волны русской иммиграции в США…105
2.2. Социально-культурная жизнь русской диаспоры…122
2.3. Общественно-политическая жизнь…144
2.4. Религии и конфессии…159
ГЛАВА 3. ГАВАЙСКИЕ ОСТРОВА…173
3.1. Начало иммиграции (1850- 1905), Н.К.Руссель-Судзиловский.. 173
3.2. Молокане на о. Кауаи (1905)…180
3.3. Массовый приезд русских на сахарные плантации (1908 — 16) и 185 репатриация (1917 - 18)…185
3.4. Социальная жизнь и церковь…206
3.5. Русская община в 1920 - 70-е годы…211
ГЛАВА 4. АЛЯСКА, ТИХООКЕАНСКОЕ ПОБЕРЕЖЬЕ КАНАДЫ, ШТАТЫ ВАШИНГТОН, ОРЕГОН И КАЛИФОРНИЯ…218
4.1. Русская община на Аляске…218
4.2. Британская Колумбия (Канада). Духоборы…226
4.3. Малые русские общины в штатах Вашингтон, Орегон и Калифорния…235
ГЛАВА 5. СИЭТЛ…250
5.1.Формирование русской общины…250
5.2. Общественная жизнь…254
5.3. Православие…269
• ГЛАВА 6. САН-ФРАНЦИСКО…276
6.1.Формирование русской общины…276
6.2. Общественно-политические организации…282
6.3. Православие…309
6.4 Культура и искусство. Литература и печать…319
ГЛАВА 7. ЛОС-АНДЖЕЛЕС И ГОЛЛИВУД…334
7.1. Формирование русской общины, молокане…334
7.2. Православие…357
7.3. Искусство и культура…363
ЗАКЛЮЧЕНИЕ…373
ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ…381
• ТИХООКЕАНСКОМ ПОБЕРЕЖЬЕ США (на рус.) (1868 - 1988)…408
РЕЛИГИОЗНЫХ ФОРМИРОВАНИЯХ…423
ПРИЛОЖЕНИЕ 3: ХРОНИКА СОБЫТИЙ…445
ПРИЛОЖЕНИЕ 4: СТАТИСТИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ…458
АВПРИ - Архив внешней политики Российской империи (Москва).
АР АС - Ассоциация русско-американских художников (Сан-Франциско).
APT - Артисты русского театра (Сан-Франциско).
ГАПК - Государственный архив Приморского края (Владивосток).
ГАРФ - Государственный архив Российской Федерации (Москва).
ГАХК — Государственный архив Хабаровского края (Хабаровск).
Ди-Пи - Displaced persons (Перемещенные лица).
ИРО - International Refugee Organization of United Nations (Международная организация помощи беженцам).
КВЖД- Китайско-Восточная железная дорога.
МРК - Музей русской культуры (Сан-Франциско).
НОРС - Национальная организация русских скаутов (Калифорния).
НСНП - Национальный союз нового поколения или национально-трудовой союз (Калифорния).
НТС - Народно-трудовой союз.
ОИАК - Общество изучения Амурского края (Владивосток).
ОКО - Общекадетское объединение.
ОКС - Общеказачий союз (Сан-Франциско).
ОРЮР — Организация российских (русских) юных разведчиков (Калифорния).
ОТПСР — Общество технической помощи Советской России.
РАК - Российско-Американская компания.
РАКПО — Русско-американское культурно-просветительское общество (Лос-Анджелес).
РГА ВМФ - Российский государственный архив Военно-Морского флота (Санкт-Петербург).
РГАСПИ - Российский государственный архив социально-политической истории (Москва).
РГВИА - Российский государственный военно-исторический архив (Москва).
РГИА - Российский государственный исторический архив (Санкт-Петербург).
РГИА ДВ - Российский государственный исторический архив Дальнего Востока (Владивосток).
РЗИА - Русский зарубежный исторический архив (Прага).
РОВС - Русский общевоинский союз.
РОНО - Российское общенациональное объединение.
РПЗЦ - Русская православная зарубежная церковь.
СБОНР - Союз борьбы за освобождение народов России.
ТАРД — Товарищество артистов русской драмы (Сан-Франциско).
УНРРА - United Nations Relief and Rehabilitation Administration.
ХПИ - Харбинский политехнический институт.
ХСМЛ - Христианский союз молодых людей.
ЦГИА СПб. - Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга.
ШЬА - Hoover Institution Library and Archives (США).

Капитолий - политическое сердце США - MoiKompas.ru

Четверг, 15 апреля 2010

«Постаментом для памятника» назвал пректировщик Вашингтона Пьер Шарль Ланфан возвышенность в юго-восточной части города, которая тогда именовалась холмом Дженкинса. В наши дни величественные памятники украшают этот холм, включая Капитолий и Верховный суд. Начинать экскурсию по Вашингтону следует от Капитолийского холма. Почти в течение века Капитолий, с восточной стороны которого располагались кварталы аккуратных кирпичных домов, был единственным зданием, построенным для нужд американских законодателей. Но к концу XIX в. к юго-востоку от Капитолия поднялось здание Библиотеки Конгресса, вскоре после этого архитектором Дэниелем Бернхамом было возведено здание вокзала Юнион-Стейшн и прилегающего к нему Городского почтового управления. В начале XX в. строятся Кэн-нон-билдинг (1908) и Рассел-билдинг (1909) и первые здания Палаты представителей и Сената. В 1930-х гг. на Капитолийском холме появились здания Верховного суда, Шекспировской библиотеки Фолджера и здание Адамса Библиотеки Конгресса. К середине XX в. большая часть жилого комплекса находилась в упадке, так как представители городского среднего клас- са активно переезжали в пригороды. Затем, в 1970-х гг., в районе опять начинают селиться смельчаки, привлеченные низкими ценами на недвижимость и удобным месторасположением. В окрестностях Восточного рынка (7-я улица и С-стрит) и Капитолийского холма вновь забурлила жизнь. Этот район между Капитолием и парком Линкольна становится излюбленным местом проживания и отдыха. Вам потребуется целый день, чтобы досконально осмотреть все здешние достопримечательности. Станции метро Юнион-Стейшн и Капитол-Саут находятся на одинаковом расстоянии от Капитолия. Если начнете свой путь от одной из них, то можете двинуться по направлению к другой или, совершив осмотр, неторопливо вернуться к исходному пункту. Пешеходная экскурсия дает возможность полюбоваться архитектурными красотами с различных точек. Капитолий США БЕЛОМРАМОРНЫЙ Капитолий США - одно из самых узнаваемых архитектурных сооружений в мире ЂЂЂ располагается на восточной стороне Молла, являя собой географический и политический центр Вашингтона. Саут-Капитол-стрит, Ист-Капитол-стрит, Норт-Капитол-стрит и Молл расходятся от Капитолия строго по направлению к четырем сторонам света, разделяя город на четыре сектора. ИСТОРИЯ В период с 1793 г., когда Джорджем Вашингтоном в основание Капитолия был заложен первый камень, до 1863 г., когда на вершине его купола была установлена статуя «Свободы», с десяток архитекторов и дизайнеров потрудились над строительством этого здания, пока не сложился его окончательный облик. Пьер Шарль Ланфан упорно отказывался представить архитектурный план Капитолия, заявляя, что он находится « у него в голове». После его отставки в 1792 г. был объявлен национальный конкурс на лучший архитектурный проект. Победитель получал 500 долларов и земельный участок в городе. Все 16 поступивших на конкурс проектов оказались настолько неинтересными, что конкурс был продолжен. В конце концов победителем оказался архитектор-любитель по имени Уильям Торнтон, предоставивший проект похожего на Пантеон здания с куполом, к которому пристраивались два симметричных крыла ЂЂЂ Сената и Палаты представителей. Преимущество его проекта заключалось в том, что он, по словам Джорджа Вашингтона, был прост и одновременно величественен, а также достаточно гибок, чтобы соответствовать требованиям времени. В 1800 г. правительство переехало из Филадельфии в Вашингтон, и президент Джон Адаме обратился к Конгрессу с речью в кирпичном здании северного крыла Капитолия ЂЂЂ единственном здании, строительство которого к тому времени было полностью завершено. Именно в эти годы Торнтон ушел в отставку.
К счастью, в 1803 г. правительство наняло блестящего британского архитектора Бенджамина Генри Ла-троба, и его сотрудничество с президентом Томасом Джеф-ферсоном, который сам был архитектором-любителем, привело к ощутимому прогрессу. Затем, в августе 1814 г., британские войска прошли маршем на Вашингтон, где подожгли множество зданий, включая Капитолий. Огонь выжег большую часть построек, только стены и уцелели. В течение нескольких последующих лет Лат-роб работал над восстановлением разрушенного. Денег не хватало, и разногласия относительно того, делать ли потолки Сената и Палаты представителей куполообразными, привели в конце концов к отставке Латроба. В дело вступил бостонский архитектор Чарльз Булфинч. Более спокойный и консервативный, чем Латроб, Булфинч снискал расположение Конгресса и президента Джеймса Монро. Булфинч прослужил на должности главного архитектора Капитолия до 1830 г., завершив строительство покрытого медными листами деревянного купола и восточной галереи. Строительство продолжалось, и его кульминацией стала установка нынешнего чугунного купола вместо старого (ненадежного) деревянного. 2 декабря 1863 г. великолепный купол весом в девять миллионов фунтов, покоившийся на колоннах круглой галереи, был увенчан статуей Свободы ЂЂЂ шестиметровой бронзовой фигурой женщины в развевающемся платье. Касательно «головного убора» статуи Свободы существует интересный исторический анекдот. Первоначально планировалось надеть ей на голову шапочку, подобную той, что носили освобожденные рабы в Древней Греции. Однако министр обороны Джефферсон Дэвис, который в то время был президентом Конфедерации, выступил против, мотивируя это тем, что такая шапочка «не подходит свободнорожденным гражданам». Поэтому на голове статуи ЂЂЂ шлем с орлиными перьями. В 1870-х гг. известный специалист по садово-парковой архитектуре Фредерик Лоу Олмстед пристраивает с востока, севера и юга Капитолия террасы. В 1958 ЂЂЂ 1962 гг. у восточной стороны Капитолия появилась 10-метровая пристройка. С тех пор только западный фасад Капитолия сохраняет свою оригинальную облицовку из песчаника ЂЂЂ все остальные, более поздние, пристройки облицованы мрамором.

Ул. Желябова. Иркутск. Один день из жизни города. Irkutsk. Day…

Вторник, 13 апреля 2010

ПРИНОШУ СВОИ ИЗВИНЕНИЯ ИГОРЮ ЗА СТОЛЬ ОБШИРНОЕ СВОЕ ПОСЛАНИЕ, НО ОНО ТЕСНО СВЯЗАНО С ИСТОРИЕЙ ИРКУТСКА.ххххххххххххххххххххх
Сергий. По странному совпадению, ровно неделю назад я ходил на рок-оперу «Юнона» и «Авось». Дополнительные сведения о Резанове, относящиеся к ИРКУТСКУ можно посмотреть по адресу http://iskusstvo.boom.ru/rezanov.php хххххххххххххххххххххх Резанов Николай Петрович (1764-1807) - выдающийся русский путешевственник и государственный деятель, один из учредителей Российско-Американской торговой кампании. Присходил из небогатого рода дворян Смоленской губернии. Служил поручиком лейб-гвардии Измайловского полка, позднее занимал должность обер-секретаря гражданского департамента и управляюшего главного правления Российско-Американской кампании. В 1806 году предпринял путешествие в Калифорнию на кораблях "Юнона" и "Авось", где содействовал установлению торговых отношений между Россией и испанскими колонистами в Америке. В пути восстановил российский флаг на Курильских островах, который был варварски уничтожен японскими рыбаками. На обратном пути умер в Красноярске от горячки. ххххххххххххххххххххххххххххх
В Красноярск, где в 1807 году был похоронен дипломат и путешественник Николай Резанов, приехали полицейские из США. Они привезли горсть земли с могилы дочери калифорнийского губернатора Кончиты, которую любил Резанов, и с которой его разлучила смерть.
А Кончита ждала его всю жизнь, дала обет молчания и ушла в монастырь.
Известно, что Николай Резанов умер где-то в Сибири, а Кончита всю жизнь ждала, дав обет молчания.
Для историков Николай Резанов особого интереса не представлял. Было только известно, что он умер по пути из Америки в Санкт-Петербург.
13 марта 1807 года, как записано в метрической книге, тело камергера Двора Его Императорского Величества Николая Петровича Резанова было погребено здесь, в Красноярске, в Воскресенском храме, слева от алтаря, под окошечком.
Более 150 лет его судьбой никто не интересовался, до тех пор, пока в 1960 году комсомольцы и прочая сознательная молодежь не разнесли храм по кирпичику. Место, где стоял храм, понадобилось для строительства концертного зала.
ОЛЬГА АРЖАНЫХ, руководитель общества "Некрополь": "Комсомольцы начали рыть, разрывать. Наткнулись на эту могилу. Открыли гроб, а там, набросили на лицо платок, а увидели и шпагу, и мундир".
Прах командора перенесли на заброшенное старое кладбище, и только несколько людей помнили о месте, где его захоронили. Ольга Аржаных - добровольная смотрительница кладбища, живущая здесь же, в вагончике, - разыскала свидетелей. Могилу нашли. Установили памятник. И сегодня на могиле служили панихиду.
Среди православных был шеф полиции города Монтерей, города, где впервые встретились Резанов и Кончита.
ГАРРИ БРАУН, шеф полиции г.Монтерей, США: "Две недели назад мы были на могиле Кончиты, взяли горсть земли и розу и привезли сюда. А отсюда увезем землю с могилы командора Резанова и развеем там, где покоится прах его возлюбленной - Кончиты. И это символически свяжет их до бесконечности".
В городке Монтерей все знают о любви дочери калифорнийского губернатора и русского командора: написаны книги, на могиле Кончиты всегда живые цветы.

Культура - информационное агентство Бильбао вернут в Америку

Воскресенье, 11 апреля 2010

Музей Гуггенхайма объявил о строительстве нового здания в Нью-Йорке. Томас Кренц, директор Гуггенхайма, назвал имя архитектора - Фрэнк Гери.
Гери выстроил Музей Гуггенхайма в Бильбао. Самое радикальное сооружение последних лет выглядит спутанным клубком титановых лент, брошенным на землю и оттого несколько расползшимся книзу. Таким же станет и музей в Нью-Йорке. Ленты немного другие, но один клубок металлической стружки трудно отличить от другого - нужен наметанный глаз. Так и с музеями Гери - они похожи до неузнаваемости.
Проект Гери для Бильбао выбирался из расчетов турбизнеса - максимально необычный проект давал надежду на максимальное внимание туристов. Надежды оправдались с таким успехом, что теперь опыт решено реэкспортировать из Испании обратно в Америку.
В Нью-Йорке уже есть Музей Гуггенхайма. Кренц обосновал необходимость нового тем, что всегда говорят в таких случаях, - в старом мало места. При этом он заметил, что два года назад в планах Фонда Гуггенхайма не было строительства музея в Америке. Это уникальная ситуация, когда здание строится из-за известности его архитектора. Наверное, здесь следовало бы сказать о том, что такое архитектура Гери как культурное явление. Но делать этого не хочется. И вот почему.
Десять лет назад Гери построил ресторан в Токио. Критика с восторгом приняла здание, выглядящее как граненая стеклянная бутылка, зафиксированная в тот момент, когда она уже начала биться о мостовую, но еще не разлетелась вдребезги. По мнению критиков, эта вещь была связана со специфически японским прочтением духа дзена. В дзене движение от одного состояния сознания к другому осуществляется не логически, а парадоксальным скачком. Но в целом на Востоке эти движения носят спокойный, медитативный характер, в японской же культуре - характер взрыва. Именно так у Гери.
Музей Гуггенхайма в Бильбао получил другое восторженное национальное прочтение. Бильбао — центр страны басков, а баски - особое племя. Они считают себя древнейшими жителями Европы, чуть ли не гомеровских времен. Выжили благодаря какому-то особому духу, который живет то ли в их земле, то ли в их груди. От древних басков ничего не осталось, так что до сего дня дух оставался непроявленным. Теперь появилось его воплощение. Критика спрашивала, что вдохновило эту фантастическую постройку. И отвечала - дух вдохновил.
Кроме Бильбао в Европе Гери работал также в Праге. Там он выстроил в старом городе танцевальный зал “Джинджер и Фред”. Проект вызывал споры - можно ли строить остросовременное здание в исторической среде. Но к моменту завершения строительства они улеглись. Выяснилось: танцзал уникально передает дух именно Праги. В Америке, в Японии, в Испании, как считают чешские критики, Гери лишен главного - исторических оснований. И только в Праге он обретает свой смысл. Это уникальное экзистенциальное переживание города, прошедшего через бомбардировки второй мировой. Критики приводили цитаты из Курта Воннегута, описывающего бомбардировку Дрездена, и Ханса Эрика Носсака, пережившего бомбардировку Гамбурга,- получалось прямо про Гери.
Гери - американец, живет в Лос-Анджелесе. Нечего и говорить, что американцы считают его архитектуру высшим выражением американизма. Даже не всего, а именно духа Лос-Анджелеса и Голливуда. Это жизнь как приключение и свобода. Это легкость творчества и архитектуры, не отягощенной рефлексией старых культур. Это архитектура, столь же органичная для Америки, как серфинг в калифорнийском приливе.
Поставив все это в ряд, вдруг испытываешь какую-то робость. Все-таки японский дзен или бомбардировка Дрездена? В каждой стране Гери строит аттракцион для привлечения внимания. В каждой стране критики начинают судорожно вспоминать, что у них тут самое главное, и приделывают это к Гери. Гери не нужно строить в Москве для того, чтобы узнать, что скажет о нем русская критика. Мы напишем, что деконструкция Гери гениально ухватывает главную коллизию русской архитектуры ХХ века - конструктивизм, сдавленный, расплющенный, взорванный сталинской тоталитарной машиной. Мы скажем, что это фантастический жест архитектурного противостояния властям. Тонко намекнув, что и конкретно лужковскому стилю, и шире - государству, давящему дух творческой свободы. Мы так споем, что им мало не покажется.
По сути критики не отличаются от персонажей рекламных роликов, которые вспоминают свое самое важное в связи с благотворным влиянием на это важное очередного стирального порошка. Но тогда оценивать архитектуру Гери в терминах культурных рефлексий значит уподобляться дуре, оценивающей мыло в перспективе судьбы своих детей. Когда что-нибудь покупаешь, разумнее не принимать товар так близко к сердцу, а сохранять известную дистанцию.
То есть говорить об этой архитектуре в терминах эффективности рекламного хода. Вот музеи Гуггенхайма. По идее должны ныть и требовать госфинансирования. А они - прибыльное предприятие, торгующее своей маркой по схеме франчайзинга. Они правильно поняли, что такое современная культура. Это рекламная фокус-группа нервных потребителей, озабоченных проблемой собственной неповторимости. Под них наняли хорошего рекламиста. Он делает такие феньки, от которых потребители приходят в экстаз. И бесплатно убеждают окружающих, что это наше все и самое-самое-самое главное.

Индейцы без томагавков (Стингл М.)

Пятница, 9 апреля 2010

Плавильный котел архитектуры | Архитектурный вестник

Среда, 7 апреля 2010

Плавильным котлом называют Америку, переплавляющую свою эмиграцию, исходящую из многих стран мира, в общность, называемую американским народом, в котором смешано все, что привносят в эту страну пришельцы с разных концов света. Это касается всех сфер жизни общества и, в том числе, культурных ее проявлений. Архитектура не исключение.
Проект жилого дома в Тессинском пер.
Мис ван дер Роэ явился в Америку из Германии, Сааринены – отец и сын – из Финляндии, Й.М.Пэй из Китая. Строящие сегодня в Штатах Либескинд, Пьяно, Исодзаки, Роджерс, Хадид, Фостер, Нувель, Калатрава, Херцог и де Мерон, – все они «плавятся» в этом «котле», создавая американскую архитектуру.
Известно, что в послевоенные годы советские архитекторы много строили за рубежом – в Восточной Европе, Азии и Африке – госпитали, стадионы, отели, учебные заведения и промпредприятия. Даже целые города. И при том в отечестве практически не пользовались услугами иностранных зодчих. Конечно, это было одной из форм советской экспансии. Многое строилось на советские деньги, дарилось «вождям» сомнительных африканских режимов. А вот до того дело складывалось противоположным образом и после, похоже, складывается так же. И вовсе не потому, что за рубежом не ценят то, что способны создать наши мастера культуры.
К примеру, здесь в Америке чтят эмигрантов, явившихся сюда из России в ХХ веке – Рахманинова, Набокова, Габо, Бродского, Нуриева, Барышникова. Чайковский, впервые исполнивший свой знаменитый концерт для фортепьяно с оркестром не в Москве или Петербурге, а в Бостоне, в числе самых любимых композиторов. К Рождеству на всех балетных сценах страны ставится «Щелкунчик», а 4-го июля, в день праздника Независимости, повсюду в Америке и в Вашингтоне на просторной лужайке перед зданием Капитолия исполняется увертюра «1812 год». Причем так, как ее нельзя исполнить в концертном зале – с орудийным салютом, предусмотренным партитурой. Здесь читают и почитают Достоевского и Толстого, высоко ценят живопись Кандинского и Шагала, фильмы Эйзенштейна и, конечно, архитектуру советского авангарда. И я сам видел фотографии работ Мельникова, развешенные в интерьерах архитектурного факультета Корнельского университета в Итаке, Нью-Йорк.
Но ни до, ни после советских времен не встречалось в чужеземных странах построек наших зодчих. А павильоны на международных выставках – Щусева, Шехтеля, Щуко, Мельникова, Иофана, Посохина, как и посольства России во множестве стран – в счет не идут. Действительно, почему это так? Ведь и вправду не приглашали российских зодчих ко дворам чужеземных государей, и не знаем мы значимых построек, созданных по чертежам наших мастеров, одержавших победу на конкурсе. Должно быть, есть тому какие-то причины.
Быть может, дело в том, что страна, приглашающая к себе зарубежных мастеров, слывет неспособной экспортировать свои таланты? Однако Америка не только импортирует архитектуру извне, но и сама экспортирует ее в другие страны – в Европу и в Азию. Стало быть, это предположение ложно. Замечу попутно, что известное утверждение Андрея Бурова: «Архитектуру нельзя ни занять, ни купить» опровергается не только нынешним опытом, но также и историей. А в наши дни архитектура сплошь и рядом и покупается и продается. За примерами далеко ходить не нужно. Они у всех на виду. И купить, и занять можно. И этим пользуется весь мир. И Россия тоже явилась на этот рынок в поисках подходящего товара. А вот на продажу пока что предложить ничего не может. Где тут «собака зарыта»?
Есть оспариваемое, но не лишенное основания утверждение о вторичности российской архитектуры. Если с ним согласится, то можно получить исчерпывающий ответ на заданный вопрос. Отечественная версия византийского стиля не могла быть воспринята Европой. Ампир, импортированный из побежденной Франции и ставший «русским», появись он в любой иной стране, стал бы третичным явлением. Барокко Растрелли, ставшее российской транскрипцией европейского, а, тем более, именуемое «нарышкинским», также не могло быть востребовано ни Западом, ни Востоком. И русская версия ар нуво, названная у нас модерном, не пользовалась спросом на мировом рынке. Понятно, что всяческие вариации на сугубо российские темы, вдохновляемые допетровской архитектурой, не могли найти заморского покупателя. И только проекты авангардистов можно было бы посчитать «рыночным товаром», если б только советская власть открыла им свободный выход в мир.
Продать на мировом архитектурном рынке можно свой собственный товар – тот, что никем и нигде не производится. Иными словами, личную архитектуру, какую предлагают Гери, Фостер, Либескинд, Хадид и т.д. Ну, а если он подобен товару другого производителя, то ему непременно должно быть конкурентоспособным, попросту говоря, победившим на конкурсе. Но только, увы, у нас покуда нет «звезд» мирового класса, и жесткая конкурсная борьба пока еще не принесла российским зодчим значимых мировых побед. А «бумажная» архитектура потому и имела успех, что никто больше не мог предложить ничего подобного.
Все еще впереди. Но, быть может, не зря говорят, что есть у нас такая наследственная болезнь – врожденный и трудно преодолимый комплекс «хвостизма» и что лечить его следует с первого курса архитектурной школы. Однако, как известно, мастера авангарда ею не страдали. Заметим и то, что та школа способна «заразить» другой болезнью – «звездной» – тоже нелегко излечимой. Это она провоцирует «шапкозакидательство», высокомерное отношение к зарубежным коллегам. Такое тоже встречается.
В советское время власть нередко демонстрировало то, что можно назвать «политическим онанизмом». Лозунги вроде «Слава КПСС!», «Народ и партия едины!», «Коммунизм – это молодость мира!» иллюстрируют это явление. Нечто вроде творческой его версии представляет собой критика новаторских тенденций мировой архитектуры. Ее достижения всячески принижаются. Ставятся под сомнение достоинства выдающихся построек. Дескать, эти «измы» – преходящая мода, и не очень-то она впечатляет. Ее ждет скорое забвение, а те здания – неминуемый снос – не дожить им до того, чтобы стать памятниками.
Звучит упрек в адрес американских коллег, должным образом не обученных рисованию. Действительно, глядя на эскизы, исполненные Гери, трудно себе представить, что, оказавшись в классе рисунка МАрхИ, он сумеет нарисовать гипсовую голову Антиноя на твердую «четверку». Зато постройки его по пятибалльной системе оцениваются в мире на «десятку». Я знаю многих архитекторов, рисующих на «пять», но в проектном деле едва дотягивающих до «тройки». Они рисуют лучше, чем думают. К тому же сегодня и российские заказчики предпочитают рисунку компьютерные изображения.
Проект павильона "Парка биеннале" в Абу-Даби Но есть и другая – противоположная позиция по отношению к зарубежной архитектуре и ее мастерам. Обьявление, послужившее эпиграфом, встречалось мне в советское время. На мой взгляд, это ни что иное, как самоуничижение под видом гостеприимства. Существуют и профессиональные формы самоуничижения и, мало того, это явление имеет глубокие исторические корни.
В своих «записках» Ф.Ф.Вигель рассказывает о поручении генерала Бетанкура, возглавлявшего Комиссию градостроения и гидравлических работ, по мнению самого Вигеля, «учрежденную императором Александром, дабы регулярному Петербургу дать еще более однообразия, утомительного для глаза», представить юного Монферрана, явившегося из Парижа и исполнившего в разных стилях 24 варианта перестройки Исаакиевского собора, к званию императорского архитектора. «Да какой же он архитектор? – воскликнул Филипп Филиппович. – Он от роду ничего не строил, и вы сами едва признаете его чертежником!» И услышал в ответ: «Пожалуйста, помолчите о том и напишите только указ». Любопытно, что Бетанкур не изъяснялся по-русски, и потому переписка велась на французском. По сему поводу Вигель заметил: «В какой еще стране возможно такое?»
Монферран в итоге оказался на высоте. Заметим и то, что приглашен он был после неудачного конкурса, и выиграл повторный конкурс, объявленный в процессе строительства. Речь о другом – о заведомых преимуществах перед «своими». То, что в послевоенные сталинские годы называлось «низкопоклонством перед Западом», имело исторические корни и не изжито по сей день, равно как и противоположное явление – отторжение всего зарубежного. Споры о том, чей карлик больше и где родина слонов, не прекращаются и поныне. Все это – проявления вышеупомянутого комплекса.
Я был свидетелем торжественной церемонии открытия выставки Нормана Фостера в Пушкинском музее, когда в речи уважаемой госпожи Антоновой и даже в устах столичного мэра звучали граничащие с подобострастием нотки неумеренного восторга. Вряд ли можно выступать на равных с зарубежными мастерами, не располагая должным самоуважением и равными правами. И когда международный конкурс проводится без отечественных мастеров, сие тоже ничем не прикрытый акт самоуничижения.
В гастролях нынешних архитектурных звезд по разным частям света состоит одна из примет глобализации. Кулхаас, Нувель, Либескинд и другие продвигают свой продукт на рынки многих стран. Нет сомнений и в том, что привлечение зодчих такого класса к созданию российских объектов – дело не только полезное, но и необходимое. История сие подтверждает. Но стоит ли уступать победу «без боя», да еще на «своем поле»?
Вообще очень бы хотелось быть с ними «на равных». Но как достичь этого равенства? Заметим, между прочим, что наш архитектор, приступая к решению творческой задачи, зачастую ищет решения не столько в самом ее существе – в ситуации, функции, в иных аспектах проблемы – сколько в свежем номере зарубежного журнала. Некоторые при этом декларируют свою приверженность данному методу. Но я могу поручиться за то, что коллеги «оттуда» – в какой бы стране они ни работали – в российских журналах ответа на свои задачи не ищут. Разве что в случае исполнения российского заказа. Да и то вряд ли. То, что предложено «Газпрому» для Питера, там не публиковалось.
Искомое равенство должно проявиться в разных формах. Мне рассказывали эпизод советских времен, когда на конгрессе МСА в столице Аргентины, где русский язык не был в числе рабочих, наша делегация, собравшись в отдельном помещении, вела дискуссию меж собой, которая могла бы с успехом состояться и в стенах ЦДА. Это можно назвать присутствием, но никак не участием.
Российская экспозиция на Венецианской Биеннале, безусловно, содержит в себе профессиональный интерес. Однако в большинстве случаев она уклоняется от заданной темы и, тем самым, выводит себя за скобки международного действа. И подобно тому, как в составе большой «восьмерки» Россия ельцинских времен была не столько членом сообщества, сколько его придатком, так же и наше российское архитектурное братство покуда является «прицепом» к мировому локомотиву современной архитектуры.
Зарубежные коллеги широко привлечены к созданию комплекса «Москва-Сити». Немцы, канадцы, итальянцы, американцы, турки, голландцы, англичане, французы, китайцы. Сотрудничество российских архитекторов с иностранными специалистами в каких-то случаях носит характер «сопровождения», а в каких-то имеет творческое содержание – иными словами, совместное авторство. Здесь имеет место второй случай. Многие расценивают такое взаимодействие и, в частности, данный случай как свидетельство равенства, как работу «на равных». Я с этим не соглашусь.
Все дело в том, что они привлечены нами, стройка идет на нашей земле. «На равных» будет тогда, когда привлекут нас, а земля будет их. Известный литературный персонаж говорил: «Мы чужие на этом празднике жизни». Давно это было сказано. Но стали ли мы теперь «своими»? Я не уверен. К тому же, как в обществе, так и в профессии есть немало таких, кто стремится отмежеваться, обособиться от мирового мейнстрима, настойчиво противопоставляя ему доморощенные тенденции.
И все-таки, при всем том, приближение российских зодчих к тому, что условно можно назвать мировым стандартом профессиональной деятельности архитектора, с каждым годом становится все заметнее. Свидетельством тому может послужить включение работ российских зодчих в атлас современной мировой архитектуры («The PHAIDON Atlas of Contemporary World Architecture»), присуждение премии «АРХ» решением иностранных членов международного жюри, равно как и присуждение премии фонда Чернихова молодым архитекторам Италии. Но главным образом, зримыми достоинствами заметного числа проектов и построек, демонстрирующих авангардную устремленность нового поколения мастеров нашей архитектуры. Однако для того, чтобы полностью и на равных войти в круг профессионалов высшей категории, российским зодчим нужны успешные выступления на «чужой» территории, нужны победы в конкурсах, нужна оригинальная архитектура, нужно строить в Европе, Азии и Америке – иными словами, надо «плавиться в котле» мировой архитектуры.
Есть мощный посыл, который должен послужить этому делу. И хотя и сегодня звучат жалобы на сложности согласований, давление власти разных уровней, невежество заказчика, качество строительства – российские зодчие никогда прежде не располагали такой степенью свободы в доступе к информации, передвижении по планете, общении с зарубежными коллегами, такими возможностями применения высоких технологий, всяческих материалов и изделий, которые поставляются со всего света. Никогда прежде российский архитектор не обладал такой степенью свободы личности. Ей и должно стать гарантом грядущих успехов.
Но вот случилось примечательное событие – куратор центра Гуггенхэйм Томас Кренц заказал проект одного из 19 павильонов «Парка биеннале» на острове Саадийт в столице ОАЭ Абу-Даби Юрию Аввакумову, и тот исполнил его совместно с Андреем Савиным. Конечно, это тоже павильон, однако он не предназначен для российской экспозиции. Сами авторы называют разные предтечи сложившегося образа и, в том числе, американский бомбардировщик Б-2. А я, глядя на абрис будущего строения, задаюсь иными вопросами: можно ли считать его «первой ласточкой»? И станет ли событием сам павильон?

Зодчество (Гольдштейн А.Ф.)

Понедельник, 5 апреля 2010

Своеобразная архитектура существовала у народов Американского кон­тинента до его открытия Колумбом и колонизации европейцами.
На юго-западе нынешних Соединенных Штатов в гористой местности с сухим, жарким климатом обитали оседлые индейские племена, которых ис­панские завоеватели назвали «пуэбло».
Поселение пуэбло представляло собой компактное сооружение в виде примыкающих друг к другу жилищ - как бы единый многокомнатный жилой дом. Помещения располагались ступенчатыми ярусами вокруг внутреннего двора, причем задние стены образовывали глухую оборонительную линию этого поселения-дома. В других местах постройки теснились на труднодоступ­ных горных участках среди скал. Жилые помещения были четырехугольными в плане, но святилища - круглыми; по-видимому, древние жилища бы­ли круглыми, и эта форма осталась запечатленной в культовых сооруже­ниях.
Далее к югу, в Центральной Америке, на территории главным образом южной части нынешней Мексики, были цивилизации более высокой культуры и с развитой архитектурой монументальных сооружений. Культура тольтеков существовала с первых веков нашей эры до XII в., культура майя делится на два периода: древний (с последних веков до нашей эры по X в. нашей эры) и новый (X-XVI вв.). Государство ацтеков образовалось в XV в. и было уничтожено испанцами в XVI в.
Для индейских цивилизаций Центральной Америки характерно общест­венное устройство, представлявшее собой деспотию безраздельной власти ца­рей и жрецов. Систематически устраивались публичные человеческие жертво­приношения богам. Целям религиозного культа служили грандиозные по­стройки.
Архитектура разных культур Центральной Америки в общем сходна по стилю и по типам сооружений. Она представлена монументальными камен­ными постройками религиозно-общественного характера. Хижины были с плет­невыми, обмазанными глиной стенами, с высокими крутыми крышами; в таких домах живут индейцы этих мест и теперь.
Храмом служила каменная постройка, по форме подобная жилому дому. Храмы раннего периода имели островерхое венчание, напоминающее соломен­ную крышу жилища; позднее в монументальных зданиях, возводившихся из камня, крыши делали плоскими. Само святилище сравнительно невелико по размерам, но оно стоит на высоком основании, так что все сооружение грандиозно; некоторые из таких монументов достигают высоты 60-70 м. Основанием храма служит ступенчатая пирамида, на верх которой ведут пря­мые широкие лестницы (рис. 60); она сооружена из земли и щебня и обли­цована камнем.
Ступенчатые пирамиды с храмом наверху в доколумбовой Америке на­поминают зиккураты Месопотамии. А орнамент в ряде случаев удивительно похож на китайский (рис. 61).
Трудно сказать, является ли сходство в данном случае результатом ка­ких-то связей в древности или совпадением форм, возникших независимо друг от друга. Ныне существующие пирамиды Центральной Америки датируются периодом IV-XIV вв., а в Месопотамии зиккураты перестали строить в VI в. до н. э.; таким образом, хронологический разрыв составляет тысячу лет. Кроме того, эти районы находятся на противоположных строках зем­ного шара; между Америкой и Китаем - бескрайняя водная пустыня Тихого океана.
Поэтому естественно считать, что это сходство форм случайно. Но надо сказать, что в материальной культуре, в архитектуре и искусстве древних цивилизаций Старого и Нового Света встречаются и другие примеры поразительного сходства. Неко­торые ученые полагают, что между этими континен­тами были культурные связи. Но какие и когда, а главное - каким образом они осуществлялись в древние времена через огромные пространства океа­нов, на эти вопросы наука пока не может дать ответа.
Жилища тольтеков, ацтеков и майя (в том числе, вероятно, и дворцы) возводились из недолговечных материалов, поэто­му они не дошли до нашего времени. Сохранились лишь возведенные из тесаного камня монументальные сооружения общественно-религиозных цент­ров. Большинство этих зданий были культовыми; назначение других не вполне ясно. Храмы установлены на подножии в виде ступенчатой пирамиды, а другие постройки - на массивных платформах, мощные горизонтали которых способствуют архитектурной выразительности стоящих на них зданий. Эти сооружения окружают площадь, посреди которой высится пирамида главного храма, либо они расположены по обе стороны прямой улицы - вероятно, доро­ги процессий.
Большое значение в монументальной архитек­туре древних цивилизаций Центральной Америки имел декор - высеченные из камня орнаменты, ба­рельефы и скульптуры, украшающие стены построек. Трудно, однако, применить слово «украшение» к этой пластике, имеющей отнюдь не жизнерадостный облик. Тяжеловесный орнамент, состоящий из слож­ных переплетений, изображения богов с неизменно жестоким выражением лиц, змей и фантастических чудовищ с клыкастой пастью (рис. Ь2) - все это вряд ли может вызвать то душевное состояние, которое мы называем чувством эстетического удовлет­ворения, восхищением красотой. Да и не эта цель преследовалась. Как сама архитектура, так и ее скульптурные образы предназначались для устрашения. Даже орнамент имеет какой-то зловещий вид.
Зодчество государства инков - Древнего Перу - отличается от архи­тектуры цивилизаций Центральной Америки, но имеет с ней ряд общих черт в формах культовых сооружений и в общем характере стиля. Здесь тоже строили храмовые пирамиды, хотя менее грандиозные, не облицованные кам­нем и не оснащенные обильным скульптурным декором. Орнаментация сходна по характеру (рис. 63), но она выполнялась не в камне, а в глине, поэтому сохранилось мало ее образцов.
Географические условия западного побережья Южной Америки, где находилось государство инков, отличаются от центрально-американских. Там, в Центральной Америке, - влажный, жаркий климат, буйная растительность, джунгли; здесь - сухие, ка­менистые плоскогорья. Жилища возводили глинобитные или из камня. Вследствие недостатка в лесоматериалах нередко и крыши домов сооружали из камня, сближая кверху стены посредством посте­пенного напуска кладки, а затем перекрывая промежуток плитами (сводов в доколумбовой Америке не знали). Планировка жилищ имела сходство с распространенной в Азии: помещения группировались вокруг внутреннего дворика, и дома были обращены к улице глухими стенами.
В Древнем Перу велось обширное крепостное строительство. Крепости сооружались из крупных блоков тщательно отесанного камня (рис. 64).
Древний период культуры западного побережья Южной Америки охва­тывает время с первых веков нашей эры до XII в. В XII в. племя инков покорило все местные племена, образовав обширное государство Таватинсуйу, которое занимало территорию нынешних Перу, Эквадора и северной части Чили. Привилегированной была каста инков во главе с царем. Так же как и в Египте, вся земля считалась собственностью царя; как и в Ассирии, все подданные, включая представителей высшей знати, считались его рабами. В XVI в. государство инков было завоевано небольшим отрядом испанских конкистадоров точно таким способом, как была покорена Мексика: достаточно было, применив хитрость, обман и коварство, захватить в плен царя, как стра­на, в которой народ был приучен к безвольному повиновению, оказалась пара­лизованной.
Архитектура индейских цивилизаций доколумбовой Америки соответство­вала их общественному устройству, которое основывалось на неограниченном господстве одних людей над другими, господстве, поддерживаемом мрачным и жестоким религиозным культом.